Студии звукозаписи в ссср

Нет, это рассказ не о нелепой советской эстраде. И не о том, как менты гонялись за хиппи, чтобы состричь с них ценные промысловые волосы. Здесь просто воспоминания о том, с какой допотопной аудиотехникой приходилось нам сосуществовать. Ну и о контрабанде музыки, конечно.

Олег «Апельсин» Бочаров

Сперва немного систематизированной информации, чтобы ты мог легко ориентироваться, не используя мозг.

60-е годы в СССР: моно-звук, черно-белое ТВ, ламповая аппаратура, проигрыватели винила, катушечные магнитофоны.

70-е годы : стерео-звук, постепенный переход на цветное ТВ и транзисторные схемы, проигрыватели винила, катушечные и кассетные магнитофоны, допотопные бобинные видеомагнитофоны.

80-е годы : все то же, что в 70-е, плюс бытовое VHS-видео, и уже к концу десятилетия — компакт-диски и цифровая схемотехника.

. Конец краткой справки

Начнем с того, что радиоаппаратура и электроника в СССР делилась согласно госстандартам на классы. Причем, чтобы понять к какому социальному классу принадлежит магнитофон или телевизор, вовсе не обязательно было искать описание в интернете. Первая цифра в названии устройства обычно обозначала именно его уровень. Допустим «Вега 108» — явно проигрыватель 1-го класса. А «Легенда 404» — явно четвертого. Первый класс «Веги» — это как бы сейчас сказали премиум сегмент, а четвертый «Легенды» — стартовый бюджетный. «Олимп-004» таким образом — даже не премиум, а лакшери, то есть высший класс.

Конечно, нам, потребителям-обывателям, хотелось иметь аппарат классом повыше, но в советской реальности всегда был элемент хаоса. Какие-то марки народ любил за неприхотливость и стабильность, а каких-то избегал что есть сил, даже если на них лепились этикетки первого-второго класса. Действительно, все эти обозначения классовой принадлежности базировались только на паспортных данных устройства, а вовсе не на его реальной надежности и пригодности.

Покупка непроверенного бренда, сделанная спонтанно, без консультаций с друзьями-специалистами обычно кончалась тем, что ты потом всю оставшуюся жизнь носил этот несчастный магнитофон в ремонт. И что особенно печально — наблюдал бы, что мастерская завалена точно такими же сломанными аппаратами, как твой!

Почему все бывшие дети СССР до сих пор с теплотой поминают магнитофоны «Электроника 302» или «Маяк 205»? Вовсе не потому, что они были как-то особенно качественны, красивы или дешевы. На самом деле ни одного из этих трех качеств у них не имелось! Но зато они были неубиваемы, жрали любую пленку, включались в самой поганой электросети. И в качестве бонуса при этом еще и воспроизводили какую-то музыку.

Можно ли было на одну зарплату рабочего купить хороший стерео-магнитофон? Теоретически да, были неплохие модели второго класса по 200-250 рублей, но надо учитывать в основном то были так называемые «деки», они же «приставки» — то есть аппарат, который только кассеты/катушки крутил, а к нему надо было подрубать отдельный стерео-усилитель и две колонки. В общем уже надо было вести речь о трех зарплатах.

Мало кто знает, но львиная доля популярных советских проигрывателей, магнитофонов и даже колонок копировали какие-то западные (в основном японские или немецкие) хитовые модели. Внешне, бывало, сходство удавалось разительно. Про качество вежливо помолчим.

Катушечники (они же бобинники) еще были способны перезаписывать звук по-человечески. Но все равно вот через что тебе приходилось пройти, чтобы послушать одну запись:

— Достать катушку из коробки, и убедиться, что готова именно та сторона ленты, которую ты хочешь слушать. Если это не так — перемотать катушку целиком на пустую. 2-4 минуты.

— Зарядить катушку, пропустив ручками ленту между тучей валиков и намотав цветной кончик ленты (ракорд) на пустую принимающую катушку. 1 минута.

— Включить магнитофон и усилитель. Пустить пленку. При каждом втором запуске оказывалось, что звук идет совершенно глухой. Надо было остановить воспроизведение, вытащить пленку, протереть головку ваткой со спиртом или водкой. Зарядить все обратно. 1-2 минуты.

— У кассетных магнитофонов еще часто требовалось отверткой подстраивать головку для записей, сделанных на других магнитофонах. Это делали прямо на ходу, по ходу воспроизведения.

Наиболее частые опасности:

— Зажевывание пленки в механизм. На катушечниках бывало редко, на кассетных магнитофонах настолько постоянно, что приравнивалось к норме жизни.

Читайте также:  Mf36 21gl 12v rc 80min cca 410a

— Обрыв пленки. Лечится утомительной процедурой с подрезкой и склеиванием скотчем. Если запись сделана на малой скорости, то в музыке на месте склейки появится небольшой провал.

— О постоянном загрязнении головки мы уже писали чуть выше. Виной тому, как правило, поганые советские магнитофонные ленты. Среди катушек марка завода «Свема» была особенно ужасна. «Тасма» — ни рыба ни мясо. «Славич» — уже неплохо. OrWo производства ГДР — очень хорошо. Ну а буржуазные так и вовсе отлично, но стоили космически.

— Если магнитофонные бобины производства СССР еще как-то можно было использовать, то легендарные советские кассеты МК-60 были подлинным проклятьем всей страны, и повсеместно считались непригодными.

Со временем, и довольно быстро, у магнитофона изнашивались воспроизводящие головки (требовалась замена). Также растягивались резиновые пассики (звук начинал плавать).

Заметь, мы даже не рассматриваем аспект того, какого кошмарного качества были сами записи. Ведь и на самых первоклассных аппаратах потери звука при перезаписи были ощутимы. Самые дорогие трехголовочные магнитофоны давали возможность сравнивать оригинал и получившуюся запись прямо на ходу, система называлась «сквозным каналом».

За что вы терпели такие мучения? — удивится молодежь. Ну ладно у вас в СССР не было денег на фирменный iPod. Но ведь можно было винил крутить!

С этим еще интереснее. Практически в каждом доме были пластинки Аллы Пугачевой, а также ансамблей Поля Мориа, Бони Эм и АББА. Это то немногое из популярной музыки, что фирма «Мелодия» честно и много выпускала. Правда, за Бони Эмом бы пришлось постоять в очереди. А лицензионную пластинку ансамбля «Урия Хип» в магазине бесполезно было ждать, сразу требовалось идти к спекулянтам. Это, кстати, единственная капиталистическая хард-энд-хэви группа, опубликованная в СССР до перестройки.

Качество советского винила пребывало где-то на среднемировом уровне. Оно было сквернее английских, японских или голландских пластинок, но все же сильно лучше, чем у болгар или поляков. Согласно легенде, самые качественные тиражи «Мелодии» обклеивались черным лейблом-яблоком в центре пластинки. Далее шли синий и потом красный (как на фото выше). Хуже всех — розовые и белые. Надо сказать, что черные и синие лейблы действительно смотрелись богаче.

Хуже всего работникам всесоюзной фирмы грамзаписи «Мелодия» удавались обложки — кошмарным было все, от изувеченных картинок до мутных красок и рыхлой тонкой бумаги.

Но даже такие пластинки требовалось искать долго и настойчиво. В постоянном ассортименте и без очередей был детский репертуар, эстрада и не самая востребованная классическая музыка. Больше всего имелось на полках дисков с речами генсеков, сборниками лучших партийных выступлений и аудиоисторий героического комсомола.

Стоил советский винил недорого, обычно от полутора до трех рублей. Что особо отрадно — в Советском Союзе почему-то умели делать хорошие виниловые вертушки, которые до сих пор являются предметом коллекционирования и пребывают в рабочем состоянии. Особенно все любят вспоминать «Корвет», правда и стоил он несколько месячных зарплат.

Сейчас такой можно купить по объявлению на «молотке» или «авито», но, учитывая чисто механическую натуру прибора, за годы он износился и требует аккуратных доводок.

Тут самое время вспомнить о том, что виниловые пластинки вовсе не безгрешные лучезарные носители музыки, как о них сейчас сочиняют в аудиофильских форумах и околомузыкальных журналах. Перечислим все беды, связанные с прослушиванием винила в те времена, да и сейчас:

— Порча пластинки от всего: ударов, царапин, жидкостей, солнца, неправильного хранения.

— Изнашивание иглы проигрывателя (и самые продвинутые дорогие алмазные иглы все равно требуют регулярной смены)

— Изобилие пластинок с заводским браком: кривых, сбойных, песочных. Причем многие из этих дефектов не проверишь при покупке. А они ведь характерны не только для советской, но даже для буржуазной фирмовой пластмассы.

— Характерное сильное падение качества звука на песнях, которые ближе к центру (так как скорость записи/считывания информации падает, а плотность информации растет).

— Капризность техники. Если активно танцевать и топать ногами на вечеринке, то игла на пластинках будет скакать.

— Вертаки с дешевыми или изношенными иглами портили пластмассу. Иногда достаточно одного прослушивания, чтобы наделать в пластинке невосполнимых бед.

— Падение качества звука по мере увеличения тиража альбома (так как штамповочная матрица на заводе изнашивается).

На самом деле список виниловых бед далеко не полный — в приступе вдохновения опытный винилопользователь составит каталог претензий пунктов на пятьсот.

Заграничные пластинки проникали в страну контрабандой и стоили соответствующих контрабандных денег. В портовых городах вроде Мурманска цена поменьше, в Москве, где спрос наибольший, соответственно и расценки недетские. 70-80 рублей за импортную пластинку было обычной ценой — это больше, чем стипендия студента. Актуальные и востребованные альбомы — по 100-150 рублей за штуку, то есть как зарплата научного работника или служащего. То есть быть фанатом меломаном и содержать семью было мало реально. Хотя многие собиратели втягивались в этот бизнес и имели стабильный нелегальный доход.

Читайте также:  Gmail регистрация нового аккаунта на русском языке

Большинство же советских людей к импортному винилу доступа не имело. Новые записи переписывались с магнитофона на магнитофон у друзей. Или же заказывались в так называемых «Студиях звукозаписи», как легальных, так и нет.

Наконец, последний вопрос. Было ли рискованно слушать рок-н-ролл в СССР? На самом деле нет. Вопреки байкам и легендам, тотального контроля за потреблением чуждой буржуазной культуры не было. Но можно было погореть на каких-то смежных проступках — допустим, продажа пластинки это уже спекулятивный нелегальный оборот. Посадить бы не посадили, но нервы потрепали и личное дело подпортили. А личное дело в то время далеко было не только твоим личным делом.

Обложки карандашом и музыка на костях

материал подготовил
Артём Лучко

На прошлой неделе сеть «ВКонтакте» должна была подписать меморандум Роскомнадзора о легализации пиратского контента. Теперь администрация сайта обязуется блокировать видео по жалобам правообладателей — и уже начала это делать. Есть мнение, что в ближайшее время ужесточатся законы о нелегальном распространении музыки и видеоигр. Закрывается большая глава истории пиратства в России — поэтому Look At Me вспоминает, как здесь воровали интеллектуальную собственность: от начала XX века и до нашего времени.

Краткая история российского пиратства

• Музыкальные пираты: от «Мелодии» до «ВКонтакте»

Музыкальное пиратство в России вполне успешно существует вот уже более века. Одним из первых дельцов, который выпускал пиратские копии самых покупаемых записей артистов, стал некто К. Мазель. По его собственному признанию, его фирма «Тонофонъ Рекордъ», открытая в Петербурге в 1910 году, продала десятки тысяч дисков, «не уплатив ни гроша» артистам.

После революции и двух мировых войн (во время которых, как не трудно догадаться, было не до музыкального пиратства) и с началом пятидесятых годов эпоха патефона и шеллачных пластинок стала подходить к концу, началось освоение материала винилита. Вернувшиеся с войны солдаты привезли в СССР заграничные пластинки с записями Summertime, Chattanooga и оркестра Гленна Миллера. Примерно тогда и появилась субкультура стиляг, впитавшая буржуазную культуру вместе с буги-вуги и джазом. Небывалый спрос на западную музыку породил предложение — появились первые студии подпольной звукозаписи, одной из первых стала ленинградская студия «Золотая Собака» Руслана Богословского. Инженер-изобретатель на основе трофейной аппаратуры разработал свою модель копировального станка с отличным для того времени качеством звукопереноса. Пластинки-матрицы удавалось за огромные деньги добывать из-за границы, а в качестве материала для нарезки пластинок шла крупноформатная фотоплёнка для аэросъёмки, затем мастерам пришла идея использовать более доступные старые рентгеновские снимки. Технологию записи «музыки на костях» быстро подхватили в Москве и Киеве.

1990-е

2000-е

2010-е

Игорь Белый

Издатель, коллекционер пластинок

Особые люди, продавцы из-под полы, намётанным взглядом отмечали в шумной толпе на барахолке сосредоточенную молодёжь, подходили и заговорщицки шептали: «Эй, чуваки! У меня для вас есть». Продавец и покупатель отходили в ближайшую подворотню, где происходил быстрый товарно-денежный обмен, и выбранная пластинка перемещалась из рукава в рукав, блеснув матовым ребром на чёрном фоне. Завзятые меломаны даже не утруждали себя чтением карандашных подписей в своей коллекции, а сразу определяли на глаз: «Тазобедренный? А, это Гершвин! Глазница — это Хейли, а где-то у меня тут была кисть такая кривая — так, это Эллингтон. »

В 1960—1970 годы в крупных городах (и особенно в курортных), были распространены уличные студии звукозаписи, которые предлагали записать «говорящее письмо» с микрофона или музыкальный фрагмент по выбору заказчика. Сувенирные диски, которые служили для передачи «музыкальных приветов», также внесли свой вклад в большое пиратское дело.

С 50-х годов параллельно с виниловыми проигрывателями существовали катушечные магнитофоны, позволяющие записывать музыку на магнитную ленту. Первой попыткой сделать магнитную запись более доступной стал выпуск магнитофонной приставки «МП-1» в 1954 году, позволявшей записывать на плёнку песни с радио и пластинок. Расцвет же катушечных магнитофонов пришёлся уже на 70-е и начало 80-х, и внесенную ими лепту в распространение пиратства сложно переоценить хотя бы потому, что скопировать композицию ненамного хуже оригинала до этого ещё никогда не было проще. Самым распространённым способом нелегального тиражирования была установка микрофона у динамика радио, телевизора или другого магнитофона. Более искушённый процесс подразумевал использование кабеля, соединяющего два устройства (практически вся аппаратура советского производства, включая телевизоры, приёмники и громкоговорители имели линейный выход).

Не гнушалась пиратством и крупнейшая звукозаписывающая компания СССР. В 1980-е годы фирма «Мелодия» стала выпускать западную поп- и рок-музыку в серии «Архив популярной музыки». Пластинки серии представляли собой сборники песен какого-нибудь одного популярного исполнителя или группы, например, Дэвида Боуи, The Doors, The Rolling Stones и так далее. Все названия переводились на русский: например, на пластинке писалось «Группа «Лед Зеппелин». Лестница на небеса». Легальность этих сборников до сих пор находится под вопросом: есть версия, что «Архив популярной музыки» выпускался по лицензии, а есть мнение, что, наоборот, совершенно кустарно — на конвертах пластинок не было указано никакой информации о правообладателях. Однако имелись надписи в духе «При составлении пластинки были использованы записи из коллекции М. Гулина, которому Студия выражает благодарность», из которых можно сделать вывод, что сборники составлялись из записей чьих-то частных коллекций. Серия при этом имела огромный смысл для советских меломанов, поскольку записи всех музыкантов, издававшихся в «Архиве популярной музыки», достать было сложно — и с помощью «Мелодии» их музыка дошла до более широкой публики.

  • Позвонить
  • Забронировать
  • telegram-бот
  • Написать
Читайте также:  Asus x541s как зайти в биос

Самая первая cоветская студия звукозаписи и лейбл

В 1988 году появилась студия звукозаписи, под названием «Рекорд». На этой студии, профессионалы занимались записью звука и продюсированием ансамблей и музыкантов до 1991 года. Сотрудники «Рекорда», также выпускали концертное оборудование, организовывали большие и малые концертные мероприятия. Занимались турами и успешно выводили музыкантов на фестивали под эгидой Мин культуры СССР. Студию создали для того, чтобы находить и поддерживать постоянное появление молодых талантов на эстраде. Профессиональные музыканты обращались за услугами студии, для повышения музыкальных навыков и улучшения уровня профессионализма.

Разумеется, студии звукозаписи были в СССР и до того. Была мощнейшая студия у Всесоюзной фирмы грамзаписи "Мелодия" в Москве, Апрелевке и Ленинграде, специальные студии были в Риге, Минске и Киеве, у каждой радиостанции и телеканала были, конечно же, звуковые продакшены. Но они были типично "советскими": на госбалансе, политически ангажированными и с кошмарным художественным советом, музыкальные вкусы которыого лежали где-то между Аллой Пугачевой и Леонидом Утесовым. "Рекорд" же стал первым "настоящим" лейблом и студией: на хозрасчетной основе, со ставкой на модные и современные направления в музыке, ставя целью производит хиты для первых строчек советских музыкальных конкурсов и -главное! – без каких-либо худсоветов. Это был настоящий прорыв в отечественной эстраде.

Начало

Перестройка позволила гражданам СССР посвободней общаться и обмениваться музыкой со странами запада. Огромную популярность получили такие коллективы, как выходцы из ФРГ «Modern Talking». Быстрый ритм и простые, приятные мелодии западноевропейского направления музыки, полюбились слушателям из всех стран бывшего СССР. Однако, это обусловило процесс падения интереса у молодёжи к советской музыке, доминирующей на эстраде. Система звукозаписи, используемая в советском союзе, предполагала сложную и многоступенчатую систему выпуска музыки. Она начиналась с принятием автора музыки через решение худсовета, и только потом студия приступала к записи и рекламированию исполнителя. Выпуск пластинки проходил медленно, что заставляло молодых людей с новой и дешёвой техникой, пытаться обойти эту систему, минуя худсовет.

Одним из первопроходцев новой эстрады, уже западного типа, был Чернавский. Он познакомился с Сергеем Минаевым, который исполнял уже известные хиты «Modern Talking», переведённые на русский язык и попробовал его в записи таких песен как «Маргарита». После пробы новых песен на клубной аудитории, Чернавскому стало ясно, что успех новой музыке обеспечен.

С новым законом о возможности создания частных предприятий, Чернявский принял решение об открытии собственной студии звукозаписи. Новая студия звукозаписи «Рекорд» получила всем известное название именно тогда.

Студия звукозаписи и продюсерский центр

С успешностью предприятия, весь ДК Метростроя, оказался в распоряжении студии. Охрана у помещений, тогда стала постоянной. Здесь записывались и записывали с помощью ныне известных людей:

  • Игоря Матвиенко, он выдвинул «Класс», а также «Любэ», работал с Малежиком и Тальковым, выпуская их альбомы в сотрудничестве с Валерием Жаровым;
  • Игоря Бабенко, опытного аранжировщика, ведущего записи Газманова, Крылова, Ветлицкой, Разина, Грозовской и Шатунова, с помощью своих звукорежиссерских талантов и при помощи композитора В. Бойко.

Именно в этих студиях свет впервые услышал «Ласковый май» в альбомной записи. Здесь вышла дебютная композиция Малинина. Она позволила ему успешно выступить на конкурсе «Юрмала-1988». Тогда Малинин выиграл Гран-при.

Все аудио студии могли похвастаться современными помещениями, с необходимым оборудованием для записи. У специалистов всегда была возможность отремонтировать оборудование прямо на месте. Были и репетиционные, что отличались вместимостью и качественной звукоизоляцией.

Концертный отдел

Он работал, руководясь наставлениями самого Иваницкого. Располагал необходимой аппаратурой. Отдел активно распространял методический материал, сотрудники занимались производством иллюстрационных фонограмм.

На студии появилась телекомпания «АТВ», сейчас ей руководит Анатолий Малкин.

Студия звукозаписи «Рекорд», дала жизнь творчеству многим исполнителям, а также продвинула популярность профессионалов на новый уровень.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *